ЗАВТРАШНИЙ ДЕНЬ
ДРЕВНЕЙ СИБИРСКОЙ СТОЛИЦЫ
Г.Н. Туманик
Заслуженный архитектор России,
член-корреспондент РААСН,
профессор
"... Что ждет тебя, Тобольск, громкая,
славная, старая столица Сибири?!
Достанет ли у нас сил, мужества, убедительности,
памяти и доброй воли, чтобы тебя отстоять?" /В.Распутин/
Удивительная картина раскрывается перед восхищенным взором путешественника, когда он подъезжает к Тобольску со стороны так называемого Нижнего города: на высокой шестидесятиметровой круче Троицкого мыса над распластавшимся на пойменных прибрежных территориях старым Нижним городом сказочным миражом проплывает белокаменный Кремль. Уникальный природный ландшафт, зримо представленный крутой излучиной Иртыша, высоким залесенным коренным правым берегом с ярко выраженной пойменной террасой, обширной зеленой луговиной левобережья, красивейшими склонами долины речки Курдюмки,-все это в полном согласии и гармонии живет с неповторимыми архитектурными творениями наших далеких предков.
По иному воспринимается город сверху: два веера улиц Верхнего и Нижнего городов, как два крыла огромной птицы, перелетевшей через широкий Иртыш и с тревогой садящейся на кручу Троицкого мыса, чтобы передохнуть, но не находящей для этого удобного места. Этот неожиданно родившийся символ созвучен сложным событиям, происходившим в жизни Тобольска в последние два десятилетия, событиям, вселившим тревогу за дальнейшую судьбу уникального города.
Много написано о Тобольске. Но все же остается ощущение, что нам еще предстоит открытие этого удивительного города, замечательного памятника русского градостроительства, древнейшего культурного и административного центра Сибири, одного из ярких проявлений человеческого духа. Уникальность старого Тобольска, его природной среды и архитектурного наследия, его истории и судьбы все больше и больше привлекает к себе внимание всех людей, не только специалистов - архитекторов, историков, искусствоведов ... Тем более, что после почти 400-летнего эволюционного развития город в начале 70-х годов минувшего столетия, а это произошло на наших глазах совсем недавно, получил мощный импульс физического роста, обнаживший целый пласт проблем реконструкции исторических городов, присущих практически каждому развивающемуся старому городу, но в условиях Тобольска проявившихся наиболее ярко и выпукло.
Тогда было решено разместить в Тобольске крупный нефтехимический комплекс, обросший впоследствии, как этого и следовало ожидать, целым рядом сопутствующих производств и вспомогательных служб. Все это резко увеличивало градообразующую основу города и поднимало на небывало высокий уровень темпы роста Тобольска. По своему масштабу эта градостроительная акция была несоизмерима с масштабами города и, естественно, не имела аналогов в длительной истории его становления и развития. Достаточно сказать, что население города предполагалось увеличить за 25-30 лет в 5 раз.
Несоизмеримость и немасштабность градоформирующих процессов, начавшихся в Тобольске в 70-х годах, обусловлены не только резким увеличением градообразующей группы населения, но и гигантскими по площади территориями нового промрайона, обширными нормативными санитарно-защитными зонами между формируемым промрайоном и развивающейся жилой зоной города, сложностью и обширностью комплекса проблем, связанных с жизнеобеспечением города, быстро расползающегося на значительных по площади территориях. До сего времени жизнь и развитие Тобольска измерялись совсем иными мерками. А проблемы городского хозяйства не могли носить столь обширного и всеобъемлющего характера.
Революционность ситуации в градостроительном развитии Тобольска обострилась еще теми обстоятельствами, что резкий рост города происходил на фоне многолетнего спада в хозяйственном, социально-экономическом, культурном развитии древней сибирской столицы. Вряд ли кого-то могут убедить сегодня столь привычные слова о том, что после революции 1917 года город "переживал свое второе рождение". Возрождения города не состоялось. Напротив, львиная доля культурных ценностей, составлявших гордость не только Тобольска, но и всей России, безвозвратно утрачена: то, что не было разрушено в первые годы советской власти, обрекалось на медленную гибель в последующие годы.
Подготовка к разработке генерального плана и сама работа над ним пришлись на конец 60-х - начало 70-х годов. В это время еще сильны были тенденции нигилистического отношения к историческому и культурному наследию. Однако, нужно отдать должное и заказчику этой работы - Тюменскому облисполкому, и, прежде всего, проектировщику - Ленгипрогору, что эту ответственную работу они выполняли параллельно с разработкой проекта зон охраны памятников истории и культуры Тобольска.
Отвергая в целом концепцию генерального плана города Тобольска, предложенную Ленгипрогором в 1974 году, мы не можем не обнаружить в нем и положительных сторон, обеспечивших ему благополучную экспертизу, согласование и утверждение самых высоких инстанций. Как говорится - нет худа без добра. Резкое возрастание объемов жилищного строительства, перевод его на индустриальные методы требовали иных подходов к размещению этого строительства. Только в кошмарном сне можно себе представить возведение пяти- , девятиэтажных панельных жилых домов на территориях, прилегающих к исторической зоне, к Кремлю. Хотя в то время такой подход не выглядел бы шокирующим, так как именно в 60-е годы на территории Кремля было построено из силикатного кирпича примитивное пятиэтажное здание общежития. Именно тогда в каких-нибудь нескольких десятках метров от Петропавловской церкви был построен комплекс гостиницы "Турист" в Верхнем городе, резко ослабивший градоформирующие функции замечательного памятника архитектуры классицизма. Именно в те годы в зоне охраны памятников истории и культуры Нижнего города, на месте разрушенной часовни, освященной посещениями российским императором Николаем II и его семьей, по типовому проекту было построено лапидарное здание кинотеатра. Это беспардонное внедрение в богатейшую по своим художественным качествам и святую по духу исторически сложившуюся городскую среду примитивных объемов новых зданий безо всякого даже поверхностного учета градостроительных принципов формирования застройки свидетельствует о том, что в те годы оголтелого волюнтаризма и воинствующей профессиональной некомпетентности все было возможно.
Поэтому нельзя не признать, что предложенный генеральным планом выход новым строительством на удаленные от исторического ядра площадки в северном и северо-восточном направлениях в условиях тотальной индустриализации строительства по типовым сериям проектов жилых и общественных зданий был обоснованным. Однако, в той же степени этот подход, в силу своей ортодоксальности, был и губителен для исторического ядра: отвлекая на себя все внимание и практически все средства, новое строительство ускорило темпы старения старого города, физической деградации исторически сложившейся городской среды Тобольска. Поистине - "спасение во имя гибели".
Чтобы убедиться в правомочности таких, внешне весьма парадоксальных выводов, необходимо более подробно ознакомить читателя с основными положениями градостроительного развития Тобольска на 25-летний период, определенными генеральным планом 1974 года, а вначале немного о ситуации в нашем градостроительстве в этот период.
На карте Западной Сибири появился целый ряд населенных пунктов, которые быстро из поселков вырастали в города. Хотя слово "город" для большинства этих населенных пунктов в ту пору применимо было разве что только в количественном отношении. Нижневартовск, Уренгой, Нефтеюганск, Ноябрьск, Стрежевой ... На первых порах темпы развития городов сдерживались отсутствием местной строительной базы: строительные материалы и изделия привозились из других регионов страны. Затем, с развитием местной базы стройиндустрии, процессы развития новых, а также роста и реконструкции старых городов стали более стабильными. По своему размаху эти процессы сопоставимы разве только со строительством и обустройством городов и поселков в зоне строительства БАМа.
Не вдаваясь в анализ социально-экономической эффективности освоения в короткие сроки огромных территорий Западной Сибири, можно сказать, однако, что научная оснащенность этих крупных природопреобразующих акций, как, между прочим, и всех других, была не достаточной. И не только в аспекте учета природоохранных требований и прогнозирования социальных последствий, но и с точки зрения элементарной экономической эффективности капитальных вложений.
На реализацию программ ЗСНГК, как и БАМа, были направлены усилия всей страны. Все республики Союза проектировали для новых, необычных для себя условий и везли за тысячи километров строительные конструкции, чтобы построить запроектированное. Несколько десятков проектных институтов вели разработку проектно-планировочной и рабочей документации, среди которых были такие, которые не имели опыта подобного комплексного проектирования. В условиях высоких темпов строительства, отсутствия достаточной координации действий многочисленных участников кампании, а также должного контроля, эти процессы часто выходили за рамки необходимого управления.
Нельзя сказать, что Тобольск, как и все другие новые и развивающиеся города, оказался в этом водовороте "конвейерного" производства кустарной продукции. Во-первых, градостроительные задачи развития Тобольска решались в одном из крупнейших специализированных проектных институтов страны - Ленгипрогоре. Это институт с большим творческим потенциалом, во всяком случае в те годы, опытом, своими традициями. Эстафета проектирования Тобольска на дальнейших стадиях была передана, причем в результате Всесоюзного конкурса, в руки другого авторитетного коллектива - ЦНИИПградостроительства, института, призванного определять градостроительную политику в стране, разрабатывать и внедрять целесообразные, научно обоснованные принципы и подходы в градостроительстве.
С самого начала, с момента принятия решения о размещении в Тобольске нефтехимкомбината, этот город с его перспективными проблемами развития оказался под особым контролем не только в Госстрое РСФСР, но и в Госгражданстрое, и в Союзе архитекторов СССР. Именно уникальность Тобольска, как одного из древнейших сибирских городов с богатым историческим и культурным наследием была причиной особого внимания к этому городу со стороны вышеназванных организаций.
Градостроительство как "архитектура больших пространств" является наиболее сложной и весьма специфичной сферой деятельности архитектора. Не так далеко от нас время, когда эта работа выполнялась, за редким исключением, только центральными институтами, длительная монополия которых в стране отнюдь не способствовала их поступательному профессиональному совершенствованию. Поэтому в работе над Тобольском обнаружились и бесхребетность нашей градостроительной науки, зачастую паразитирующей на практике, и шаблонность нашего градостроительного мышления, приведшие не только к тотальной типовой застройке, но и к типовым городам.
Да простят нас столичные архитекторы-градостроители, среди которых немало талантливых и самоотверженных профессионалов, доказавших это своими работами и отношением к работе, за столь самоуверенные обобщения. Но, честное слово, все реже и реже мы видели зрелые, профессионально сработанные проекты, и все чаще и чаще вместо этого периферия получала откровенно слабые, равнодушно-холодные работы.
Генеральный план Тобольска к слабым работам не отнесешь. Однако, здесь, как, может быть, нигде в другой работе, проявилось равнодушие его авторов к судьбе уникального горда, их неспособность или нежелание отойти от сухой теоретической схемы к генеральному плану органично развивающегося города со своим, только ему присущим характером.
Поиск индивидуальных черт в планировочной организации города всегда составляет наиболее сложную часть работы. Постижение и развитие характерных особенностей городского организма связано, в первую очередь, с поиском этих особенностей. Они далеко не всегда лежат на поверхности и не всегда раскрываются профессионалу-архитектору. К сожалению, так произошло и в работе над генпланом Тобольска.
Определив старому Тобольску роль периферийного района в структуре развивающегося города, авторы генерального плана тем самым отодвинули на задний план значение исторических факторов, сообщающих городу уникальность и неповторимость. Одним движением руки разрушена многовековая преемственность в развитии города. И здесь вряд ли следует списывать неудачи генплана на масштабы резкого роста города, на революционность этапа градостроительного развития.
Отдавая приоритет развитию города в северном и северо-восточном направлениях, авторы генплана вынуждены были от традиционной для города радиально-лучевой структуры перейти к линейной. Жертвуя принципами живописной композиции в организации городских пространств, что было обусловлено природным ландшафтом центральной части города, они приходят к лапидарной микрорайонной схеме, в которой вообще невозможно обнаружить какие-либо характерные принципы и приемы формирования пространств.
Разрывая естественную эволюцию в развитии планировки города, генеральный план последовательно пересматривает и концепцию развития центра города. Новый центр намечено создавать на новых территориях на значительном удалении от исторически сложившегося. При этом его местоположение определено не столько природными условиями, что характерно для старого центра, сколько прорисовкой транспортно-планировочных связей. Старый центр с прилегающей к нему исторической застройкой, согласно генеральному плану, объявлен заповедной зоной с введением жестких ограничений по застройке и с определением мероприятий по сохранению старого Тобольска.
Таким образом, еще одним движением руки прервалась многовековая история возведения и развития центра Тобольска, одного из шедевров русского градостроительства, запечатленного и в старинных гравюрах и рисунках, и в живописных полотнах, и в документальных кинолентах. Историко-культурная значимость старого центра Тобольска послужила основной причиной проведения Всесоюзного закрытого конкурса на проект планировки и застройки центра города по следам только что разработанного генерального плана. Однако, как предписывалось программой конкурса, "архитектурно-планировочное решение Центрального района города Тобольска должно учитывать структуру улично-дорожной сети, предлагаемую планом красных линий для центральной части города", т.е. в основу конкурсных решений должна быть положена планировочная структура по генеральному плану Ленгипрогора. Всем участникам конкурса, в котором участвовали, кроме ленинградских зодчих, архитекторы из Москвы, Таллина, Новосибирска, Тюмени, была выдана схема красных линий центральной части города. Поэтому естественно, что конкурс, в силу заданности общей концепции развития центра Тобольска, не дал разнообразия решений и, как нам кажется, положительных творческих результатов. Первую премию "за относительно лучшее решение" жюри присудило авторскому коллективу ЦНИИПградостроительства (г. Москва). Выполнив конкурсный проект планировки и застройки центра в русле идей ленгипрогоровского генплана, в орбиту проектирования Тобольска включился и центральный институт Госгражданстроя. Были ли причины для беспокойства, если к решению ответственных градостроительных задач привлечены, казалось бы, лучшие силы проектировщиков-градостроителей, да еще оснащенные передовой градостроительной наукой? Таких причин у руководства тогдашнего Госгражданстроя СССР и Госстроя РСФСР, по-видимому, не было. К сожалению.
А тот факт, что "за интересное предложение по развитию городского центра" жюри конкурса в своем решении попросило Тобольский горисполком изыскать дополнительно к смете затрат по конкурсу 400 рублей на поощрение авторской группы института Новосибгражданпроект, остался всеми забытым эпизодом. Об этом сегодня приходится только сожалеть. Не потому, конечно, что поощрительная премия так и не была выплачена авторской группе новосибирских архитекторов, хотя уверен, что она для них не была бы лишней. Сожалеть приходится о том, что в 1974 году забыли на целых полтора десятка лет о предложенной идее развития города и его центра *.
В одной из газетных публикаций** тогдашний секретарь Тобольского горкома КПСС В.Абрамов писал: "... Мы стремимся к тому, чтобы история города воспитывала новых его патриотов. Конечно, культурно-просветительные учреждения Тобольска пока не удовлетворяют полностью нынешнее население, не говоря уже о будущем. У нас нелегко попасть в кино, драмтеатр. Беда еще в том, что все очаги культуры находятся в старой части города, а строители живут на бывшей окраине. Чтобы добраться до кинотеатра, драматического театра, надо потерять много времени, а зимой еще и постоять на морозе в ожидании автобуса."
С тех пор, а слова эти были написаны в 1978 году, прошло много лет, и, вероятно, в какой-то степени острота культурно-бытового обслуживания "бывших окраин" на сегодняшний день снята за счет введения в эксплуатацию новых "очагов культуры" в новом городе. Но вряд ли в этой ситуации история города в должной степени может воспитывать "новых его патриотов", о чем так мечтал В.Абрамов.
"... Мы стремимся продумать все до мелочей, - говорил в одном из интервью корреспонденту АПН Петру Дедову бывший главный архитектор Тобольска Б.Козлов. - Чтобы не заслонить Кремль, оригинальный памятник русского зодчества, прилегающие к нему кварталы застраиваться не будут. Высотные здания поднимутся в северной части города, где планируется новый центр Тобольска. Но как "привязать" к Кремлю этот центр, чтобы все смотрелось единым ансамблем? Задача не из легких. Эта проблема решается совместными усилиями проектных институтов Москвы, Новосибирска, Эстонской ССР, Тюмени".
Борис Федорович правильно формулировал задачу - создать единый организм центра, единый ансамбль. Но решить эту задачу, как показали результаты конкурса (интервью записывалось в период проведения конкурса, когда еще не были подведены его итоги), можно было только пересмотрев концепцию генерального плана. Именно с таким предложением вышли новосибирские архитекторы-градостроители, впервые приглашенные Госгражданстроем СССР к участию в закрытом конкурсе, сознательно нарушив его условия.***
Идея преемственного развития планировки города и всех городских систем, в т.ч. и системы центра, была положена в основу конкурсного проектного предложения. При этом ядро городского центра с его особыми общественными функциями и уникальным содержанием развивается вокруг Кремля на верхней и нижней террасах. "... Предлагаемая трактовка ядра центра, подчеркивающая большую историческую и художественную значимость единственного в Сибири каменного ансамбля Кремля, продолжает лучшие традиции русского градостроительства, где укрепленный центр - кремль, или "детинец", - становился, в отличие от зарубежных средневековых городов, основным ядром развивающегося города. ... В предлагаемом варианте центр города Тобольска в схеме складывается из ядра центра, размещенного в геометрическом центре города, и двух фланкирующих подцентров, выполняющих одновременно функции центров двух планировочных районов: северного и юго-восточного."****
В систему ядра центра включаются сложившиеся и проектируемые ансамбли подгорной части с развитыми торговыми, культурными, учебными и другими функциями.
Главное, что определяет характер и композицию ядра городского центра, - это уникальный ансамбль Тобольского Кремля в сочетании с неповторимыми ландшафтами окружающих Кремль территорий. Историческая глубина, материализованная в архитектурных сооружениях прежних эпох, наполняет центр особым ароматом, придает ему массу характерных черт. В условиях обезличенной и выхолощенной архитектуры построек периода тотальной индустриализации и типизации проблема своеобразия города, особенно его центра, стоит сейчас в ряду наиболее актуальных проблем отечественного градостроительства. Поэтому неиспользование этой бесценной сокровищницы Тобольска при формировании перспектив развития городского центра, по меньшей мере, безрассудно.
Пожалуй, ничто так не вредит градостроительству, как разрушение преемственности. И в конце 80-х годов, т.е. после 15-летнего периода реализации генерального плана, это стало настолько очевидным, что необходимость корректировки прежних замыслов почувствовали и осознали даже их авторы - специалисты Ленгипрогора, давшие согласие участвовать в выездном конкурсе-семинаре. Конкурс на идею нового подхода к градостроительному развитию Тобольска проводился по инициативе Союза архитекторов РСФСР и Госстроя РСФСР в г. Тобольске в марте 1989 года.
Что же произошло в городе за этот период? Новое строительство, как и предписывалось генпланом, велось практически только в Новом городе. Старый Тобольск, оставшийся без средств на реконструкцию, катастрофически разрушался. Этому процессу способствовал выход из строя старой дренажной системы в Нижнем городе, осложнив инженерно-геологические и гидрологические условия пойменной террасы. Участились пожары в деревянном жилищном секторе. В довершение ко всему сгорело уникальное здание Тобольского драмтеатра. Резко снизилась в результате всего этого потребительская ценность, престижность старого города. Люди стали стремиться в благоустроенные квартиры Нового города.
Желание уберечь исторически сложившуюся часть города от типового панельного строительства, высказанное генеральным планом и поддержанное последующими проектно-планировочными решениями, обернулось на практике ускорением темпов старения и гибели старого Тобольска.
С другой стороны, новая застройка на периферийных по отношению к историческому ядру территориях, освобожденная от задач увязки с исторически сложившейся застройкой, закономерно являет собой пример безликости и ординарности, столь характерной практически для всех районов индустриального строительства любого сибирского города.
Конкурс-семинар окончательно подтвердил несостоятельность идей прежнего генерального плана и дал ответ на главный вопрос о перспективах развития планировочной структуры города и формирования городского центра в материалах конкурсного проекта группы новосибирских архитекторов, отмеченного первой премией *****
Пойдет ли нам на пользу этот весьма красноречивый и поучительный урок? Не говорит ли этот эпизод из недалекой истории отечественного градостроительства о том, что архитектурные и градостроительные конкурсы следует проводить не ради конкурсов, не ради получения чиновниками политических дивидендов, а для поиска решений сложных профессиональных задач? И еще один злободневный вопрос хотелось бы поставить: когда же, наконец, у нас результаты конкурсов будут зависеть от профессионального уровня конкурсных предложений, а не от конъюнктуры, складывающейся на арене конкурсной борьбы? Ведь это не только вносит дезориентацию в поиске путей развития архитектурной и градостроительной мысли, но, самое главное, приводит к непоправимым потерям, которые мы получили, в частности, на сегодняшний день в городе Тобольске.
Тем не менее, по результатам конкурса-семинара, проведенного в Тобольске в марте 1989 года, в условиях противодействия со стороны столичных коллег, работавших на тобольской ниве много лет, по заданию Тюменского облисполкома и за счет средств государственного бюджета авторским коллективом новосибирских архитекторов в том же году была выполнена "Схема генерального плана города Тобольска", которая в ходе работы получила одобрение на заседании Государственного архитектурного совета при Госкомархитектуры (июль,1989 г.), впоследствии - на заседании Бюро Президиума правления Союза архитекторов РСФСР (февраль, 1990 г.).
Утвержденная Тюменским облисполкомом в сентябре 1990 г. "Схема генерального плана города Тобольска" на сегодняшний день является практически основным градостроительным документом, дающим лишь представление о планировочно-пространственном развитии города в тех параметрах (250 тыс. жит.), которые были определены Ленгипрогором в старом генеральном плане.
Резкое изменение социально-экономической ситуации в стране требует, естественно, радикального пересмотра многих основных положений схемы генплана. Проводившаяся в начале 90-х годов работа над новым генпланом (работа была поручена администрацией города авторскому коллективу новосибирских специалистов) призвана была дать ответы на принципиальные вопросы развития и совершенствования планировочной структуры и застройки города в современных условиях. Изменение социально-экономических условий требует иного подхода к разработке материалов генерального плана, а главное - к определению градообразующей основы города, его экономическому базису.
Работа велась два года. К сожалению, ситуация с финансированием и обеспечением проектирования необходимыми исходными материалами и данными заставила работу прекратить. В этом нет большой беды, так как отсутствие стабильности в социально-экономической обстановке в стране на протяжении целого ряда лет не позволяет определить "опору" для принятия хоть в какой-то степени надежных решений. Тем не менее работу необходимо продолжать. Более того, в современной обстановке проектирование городского развития приобретает непрерывный характер. Перманентность работы над проблемами формирования города является требованием времени. Здесь важную регулятивную градоформирующую роль играет не только генплан, но и сам город, как организм, развивающийся в условиях значительной активизации своих возможностей самоорганизации. Это вовсе не означает, что управлять развитием города не следует. Безусловно, должна быть разработана стратегия градостроительного развития города, которая непременно должна периодически корректироваться вместе с уточнением тактических ходов по ее реализации в зависимости от постоянно меняющихся условий рынка. Работа эта для всех нас нова - мы никогда не жили в этих новых условиях.
По инициативе Сибирского регионального отделения Российской академии архитектуры и строительных наук в программу работы РААСН в 2000 и 2001 годах включена и ведется работа над комплексным исследованием "Разработка научных рекомендаций и методики возрождения и развития исторических городов Сибири и Дальнего Востока на примере г. Тобольска".
Институтом СибАкадемНИИпроект, образованным при СО РААСН, по согласованию с администрацией Тобольска подготовлен и направлен в Тобольск новый договор на разработку генплана города. Кроме того, институтом с участием Правления Союза архитекторов России готовится программа конкурса на концепцию формирования и развития исторического центра Тобольска. Налаживаются контакты с новым городским руководством.
Основные же проблемы, как всегда, возникают с финансированием. Смешно и обидно сознавать,
что гигантские средства, получаемые от реализации нефти и газа, не участвуют в решении актуальных задач
сохранения уникальных историко-культурных ценностей сибирских исторических городов.
Позиция современных капиталистов-предпринимателей - это позиция временщиков, пришедших в Сибирь
с одной мыслью - использовать ситуацию для личных целей.
Колониальный государственный подход к Сибири в прежние времена, сменился еще более зловещим
колониально-криминальным подходом со стороны воинствующей верхушки.
В этой ситуации трудно надеяться, что хватит у нас "сил, мужества, убедительности, памяти и доброй воли"
чтобы, по словам писателя, отстоять "тебя, Тобольск, громкая славная, старая столица Сибири".
|
