К вопросу подготовки инженера-архитектора
В.М. Валов,
доктор технических наук,
профессор СибАДИ
Результат зависит от точки зрения.
/И. Гёте/
История проблемы.
Лицензирование специальности "Проектирование зданий" в СибАДИ вызывает полемику
о целесообразности и возможности
подготовки специалиста инженера-архитектора.
Эта полемика заставляет высказаться по данной проблеме.
Проектирование зданий – не просто очередная специализация в вузах страны, а принципиально новая специальность, которая должна стать новой "кровью" для самой древней профессии архитектора как "главного строителя". Профессиональная несогласованность, наблюдаемая среди архитекторов и инженеров, приобретает нигилистический характер, и потому поиск взаимопонимания может быть результатом компромисса в деле подготовки инженера-архитектора. В данном случае необходимо отвергнуть кастовую надменность, разрушить стену недоверия между инженером и архитектором, найти волю и силы для организации системы воспитания инженера-архитектора, способного объединить в себе разум, дух науки и искусства.
Процесс воспитания инженера-архитектора представляется гораздо сложнее, чем архитектора или инженера в отдельности. Интеллект инженера-архитектора формируется из суммы его знаний и будущих возможностей в области науки, техники и искусства, характеризуется уверенностью ориентации в пространстве современной культуры и искусства, проблемах организации современного производства и проектирования среды жизнедеятельности человека. Все эти качества, не исключая даже генетически обусловленных, воспитываются, развиваются и приобретаются в процессе систематизированного обучения. И самая высокая задача воспитания и образования специалиста – научить его думать, ставить вопросы и находить ответы. А это и определяет интеллект личности. Дефицит творческих людей не менее опасен, чем дефицит идей. Ведь недаром Международная академия управления (Нью-Йорк, 1990 г.) выделила актуальные проблемы современного развития: дефицит талантов; разнонаправленность интересов государства и частного бизнеса; проблему кризиса, точнее способности реагировать на непредвиденные обстоятельства; возврат к основам – необходимости усиления внимания к рациональной организации труда, совершенствованию стиля руководства, четкости исполнения решений, укреплению психологического климата в коллективе. Сказанное полностью относится к воспитанию и образованию инженера-архитектора с его профессиональными качествами: поэтической фантазией и воображением; дисциплинированным умом и здравым смыслом; образованием и опытом; даром художественной и философской выразительности; владением логичностью и научными методами в поиске истины; владением техникой своего мастерства; тактичностью и точностью; энергией и здоровьем.
Симбиоз в лице одного специалиста двух мощных и фундаментальных основ – разума и духа, оказывается весьма трудно интегрируемым. Недаром великий Пушкин сомневался: "В одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань". Но современный рационализм пытается это опровергнуть, и, совсем небезрезультатно. Интегрирование интеллектуальных знаний и возможностей в области техники и искусств было свойственно талантливым специалистам не столь далекого времени, когда инженер и архитектор успешно ими владели. "Самые трудные проблемы возникают в архитектуре из-за необходимости сочетать такие разные факторы, как гармония формы и требования технологии, жар воображения и холодный научный расчет, свобода вдохновения и железные законы экономики. За последние десятилетия этот синтез стал еще сложнее из-за технического и научного прогресса в строительстве, из-за объема задач, вызванных новыми путями нашей жизни, увеличения значения экономических факторов…" – вот слова прославленного мастера П. Л. Нерви.
С древнейших времен мастер строительства зданий и сооружений сочетал в себе технические и художественные знания. Что касается специального образования мастера, то в древнем Египте и античной Греции оно было индивидуальным в мастерских крупных мастеров. Строительство во все времена древней истории и эпохи Возрождения было инженерной наукой и не существовало разделения труда между архитектором и инженером. Архитектурное образование предусматривало одновременно подготовку специалиста как в области проектирования, так и строительства. Архитектурная профессия мыслилась как широко универсальная. Однако с развитием производительных сил, военного дела и строительства, с усложнением конструктивных и строительных решений зданий и, особенно, инженерных сооружений, начался процесс специализации архитектурной профессии с выделением инженера-архитектора, инженера-строителя, военного инженера, инженера-кораблестроителя и т.п. Выделение архитектора из строительной артели, т.е. дифференциация профессии, усиливает расхождение производственных и художественных интересов.
Развитие науки с конца ХII в. в области естествознания, математики, механики, философии, космологии привело к проникновению ее результатов в архитектуру. Сохранение классических традиций, поднятие архитектуры и архитектурного образования на высокий уровень науки становятся задачами академий, создаваемых во многих городах Европы. Данный процесс не обошел и Россию с открытием Академии художеств в 1757 г. В дореволюционной России существовал институт гражданских инженеров, позже называвшихся инженерами-архитекторами, представители которого составили замечательную плеяду мастеров архитектуры. Это были типичные представители когорты инженеров-архитекторов, способных создать концепцию любого сооружения, придать ему законченную художественную форму, обеспечить конструктивную надежность и воплотить свои идеи в жизнь.
Желания и возможности.
Образование в течение длительного времени развивалось по двум непересекающимся направлениям – гуманитарно-художественному и научно-техническому, которые до настоящего времени существовали как две обособленные друг от друга культуры. Однако в настоящее время выявлена остроактуальная и все прогнозирующая третья культура – проектная, которая охватывает деятельность не только конструкторов и архитекторов, но и всех тех, кто занимается созданием искусственной среды.
Современному проектированию свойственно неизбежное противоречие между индивидуальностью творчества архитектора и коллективностью процесса проектирования. Проектирование не может быть делом одного человека, т. к. весьма сложными стали конструктивные решения и техническое оснащение зданий. Сложность проблем проектирования обусловливает необходимость участия в этом процессе большого числа различных специалистов, причем преобладающего числа специалистов технического профиля. В этом коллективном сотрудничестве композитор произведения и дирижер деятельностью различных специалистов, другими словами архитектор, а в нашем случае, инженер-архитектор, вновь обретает свои функции главного строителя и в творческой полемике и производственных спорах специалистов направляет и ведет их к достижению поставленной цели.
Архитектурные формы любой эпохи являются результатом синтеза "функции и технологии" и отражают особенности и характер своего времени, уровень развития цивилизации. Технический прогресс так стремителен, что он не допускает кристаллизации какой-то формы или приема. Духом современной эпохи стало создание новых форм, являющихся результатом безграничных возможностей прогресса науки и новых технологий, но и эти формы и стили сойдут на нет, предоставляя место другим формам и приемам.
Нет ничего удивительного в том, что, с ростом потребностей человека и развитием процессов производства материальных благ, научных достижений, развития техники и технологии, архитектура как созидатель материальной и духовной среды жизнедеятельности человека не нашла соответствующего пластического языка и ответа на вопросы стремительного прогресса. Уже со времен Возрождения архитектор, исчерпав все технические изобретения, стал обращать внимание на форму, на ее эффект и внешнюю декоративность, забывая о конструкции. "Взращенные на греческой античности, привыкшие к красивым проектам, начерченным на бумаге, архитекторы прониклись чувством "ненависти" к новой технике. Они встали в позу эстетов, хранителей "классической красоты", в то время как инженеры пришли к этой классической современной красоте, не заботясь об эстетических задачах" – писал М. Рагон. Начиная с ХIХ в. к инженерам переходит инициатива в создании конструкций наружной оболочки зданий. С открытием новых конструктивных систем, материалов и технологий появляется новый язык архитекторов.
Утверждение примата техники в эволюции архитектурных форм становится весьма возможным в условиях роста рационализма, осознания неизбежности исчерпания природных сырьевых и энергетических ресурсов, необходимости энергосбережения и рачительного их использования. И недаром Мис Ван дер Роэ отмечал: "Наша эпоха не время пафоса: мы не столько почитаем взлет духа, сколько ценим разум и реализм".
Наведение мостов. Вряд ли кто будет возражать, что машинное производство зданий заслуживает и требует создания новых архитектурных форм, отвечающих безграничным возможностям индустриальных технологий. Важнейшими принципами организации и создания искусственной среды жизнедеятельности человека являются максимальное энергосбережение, заданная плотность упаковки и универсальность, которые полнее всего отвечают современному характеру развития экономики страны. Синтез технической целесообразности и красоты приводит в инженерном искусстве к архитектурным и инженерным шедеврам, возбуждающим эстетические чувства. Причем эта красота создается на основе унифицированных и типизированных ордерных и модульных систем, пропорциях, ритме, пластике и стандартизированных элементах в архитектурной тектонике на основе количественных параметров. Координация параметров объемно-планировочных и конструктивных решений зданий исходила и исходит не только из технико-экономических, технологических и функциональных факторов, но и эстетических, на основе их унификации и типизации.
Стандарт и уникальность всегда сопутствуют друг другу, чем выше уровень стандарта, тем ярче уникальность любого
произведения. Стандарт является основой уникума.
Одноликость индустриальных жилых домов и комплекса застройки
– это пока следствие эстетической "недоразвитости" технологий заводов строительной индустрии,
слабого и пренебрежительного отношения архитекторов к формам зданий из унифицированных сборных элементов.
Необходим поиск новых форм зданий и архитектура будет. Недаром же говорил Мис Ван дер Роэ: "Архитектура начинается там,
где со смыслом будут уложены друг на друга два кирпича".
Поэтому интегрирование материальных и духовных начал архитектурного творчества в лице инженера– архитектора
– это решительный призыв к дальнейшему развитию архитектуры.
Инженер-архитектор должен стать композитором и дирижером проектирования.
Известно насколько актуальным для образования является поиск методов, позволяющих наводить мосты между различными дисциплинами и готовить специалиста широкого профиля с междисциплинарным мышлением. Это важно потому, что все новое возникает "на стыке" и только специалист, обладающий интегрирующим мышлением, сможет успешно работать в русле прогресса.
Цель и задачи.
Образовательный прогресс инженера-архитектора должен быть последовательным осуществлением основной цели
– подготовки выпускника к активной творческой и практической деятельности в области создания материальной
и духовной среды для жизнедеятельности человека. Концепцией подготовки инженера-архитектора является комплексная
система архитектурно-художественного, научно-технического и гуманитарного образования с развитием художественной
индивидуальности, способностей и таланта.
В. Гроппиус писал: "Искусство творится помимо методов, обучиться искусству нельзя, учиться можно только ремеслу.
Архитекторы, живописцы, скульпторы есть ремесленники в изначальном смысле этого слова, поэтому в качестве обязательной
базы любого художественного творчества в школе проводится основательное ремесленное обучение всех учащихся
в мастерских и на реальных рабочих местах". Поэтому можно отметить, что практической основой подготовки инженера-архитектора является связь обучения с ремеслом.
Инженер-архитектор должен:
– уверенно ориентироваться в сложнейшей социальной, культурной, научной, технической, художественной и профессиональной среде;
– обладать специфическим мировоззрением в художественном преобразовании окружающей среды с учетом всего комплекса формирующих ее социальных, функциональных, эстетических, экономических и технических факторов;
– обладать развитым рационализмом и одухотворенным композиционным мышлением, способностью творчески использовать весь арсенал архитектурно-художественных и научно-технических способностей создания надежной и полноценной искусственной среды жизнедеятельности человека;
– уметь органично вживаться в проектные ситуации, вести целенаправленный поиск нестандартных конструктивных и художественных решений с учетом эффективных традиционных и новаторских средств и технологий;
– владеть творческим методом инженера и архитектора, художественно-графическими навыками ремесла, технологией объемно-планировочного и композиционного моделирования, выражения проектных идей и их аргументированного отстаивания на разных этапах работы;
– уметь работать в проектном коллективе специалистов разных профессий, учитывая взаимные интересы и динамику решаемых задач;
– уметь внедрять проект в производство;
– иметь самостоятельность и оригинальность, творческую раскованность и свободу творчества, мужество и смелость в самостоятельной работе, образность мышления и пространственного воображения, универсальность и открытость творчества.
Успешность подготовки инженера-архитектора предопределяется решением задач материально-технического, учебно-методического,
социально-экономического и, особенно, кадрового обеспечения учебного процесса:
– организации тщательного отбора талантливых и особенно трудолюбивых абитуриентов на конкурсной основе;
– обеспечения учебного процесса талантливыми преподавателями и мастерами архитектурно-художественного проектирования;
– организации специализированных архитектурно-художественных мастерских в вузе, с необходимым набором как традиционного, так и компьютерно-информационного оборудования;
– организации учебного процесса как в вузовских мастерских и лабораториях, так и личных мастерских ведущих специалистов, с участием обучаемых в практических работах мастеров-преподавателей, а также самостоятельного выполнения договорных заказов;
– организации учебных, творческих и производственных практик в различных проектных, строительных, научно-исследовательских институтах и организациях с учетом особенностей освоения новой специальности на взаимовыгодных началах;
– организации стажировки профессорско-преподавательского состава ведущих кафедр, участвующих в воспитании инженеров-архитекторов в ведущих вузах России, в научно-исследовательских и проектных институтах;
– наведения "мостов" между различными дисциплинами и обеспечения синтеза художественных, технических, естественных, социально-гуманитарных и исторических знаний, что позволит готовить специалистов широкого профиля с междисциплинарным мышлением;
– создания филиалов кафедр в проектных и научно-исследовательских институтах;
– налаживания творческих контактов с проектными организациями, отделениями Союза архитекторов и другими творческими организациями;
– определения организационных и учебно-методических принципов кафедр и подразделений вуза, участвующих в подготовке инженеров-архитекторов, их роли и места в структуре архитектурного и инженерного образования;
– своевременного выявления и целенаправленной подготовки преподавательских кадров из числа будущих выпускников;
– добиваться, чтобы выпускники нашли свое место в жизни, были востребованы и встретили взаимопонимание, чтобы их "эксперимент" не подрывался из принципа "лучшее – враг хорошего".
В заключение можно сказать, что лучшая школа подготовки специалиста определяется не только материальным оснащением
учебных классов, мастерских, богатством библиотечного фонда и другого оборудования, но самым главным
– лучшими профессорами, преподавателями и лучшими учащимися.
Воспитание "хорошего", а еще больше – талантливого инженера-архитектора возможно только в условиях
высокоинтеллектуальной среды: хороший "плод" может вырасти только в культивированной среде.
|
